Хуевангелие

 

 

 

Нахуя нам Бог, зачем нам боги?
Щас узнаешь, потерпи, дружок.
Иисус на небесах боялся гоги,
Сюда спустился, скромненький божок.

Что такое гога, это знаем:
Когда кто-то тя за яйца взял.
Гоги ссать, за это мы не каем:
Её и я бы на Жестянку променял.

Рос божоночек и в храм хромал нередко,
И однажды жрец его спросил:
"Суся, а тебя искать не будут?"
Вот тогда он эго прикусил.

"Так", сказал Иисус, "Я сын божины,
Коий создал этот бренный мир;
Хоть и из смертной вылез я вагины,
Я небожитель, моя родина Памир".

И начал чудеса творить, но, правда,
Если честно, только языком.
Свидетелей при жизни не хуя, бля,
Рассказывали это всё потом.

А что божец, борец за справедливость?
А он молчал, терпел, страдал, роптал, грозил.
К доске прибитый, оказал он милость,
Разбойнику тем самым, коим ныл.

Да, языком! Им, длинным, все мы боги,
Все Зевсы, все Перуны и Христы.
Валялся как-то божик у дороги.
Я б подобрал, будь милостив и ты.

 

Finn

 

 

 
Es ist schon spät, doch es ist Ende Juni.
Sanft fährt die Hand durch saftig grünes Gras.
An einen alten Baum gelehnt sitzt Finn
auf einem Felsen, Füße überm Meer.

Die Nacht senkt sich vom Kosmos in den Wald.
Es rauscht und dunkelt, Kronen flüstern lieblich
einander zu, wie schön des Jungen Blick
über die Weite fährt; ein kurzer Blitz –

es donnert. Finn steht auf und streckt sich,
und öffnet seine Hände für den Wind.
Ein Fuchs, ein Mädchen? Eine leise Stimme
tragen die Lüfte. Lider fallen zu,

und Finn fällt langsam, sanft, subtil ins Gras,
und sieht die Sterne, Hände hinterm Kopf.
Zart streicheln Regentropfen seine Wangen,
ein Blatt fällt auf sein langes blondes Haar.

Schopenhauer

 

 

 

Müh, Müh, Müh, Müh, Müh, Müh, Müh, Müh und Müh:

was schicket uns auf diesen strangen Weg?

Ein Jeder ackert sich für nichts und wieder ab,

jedes Stück Fleisch ist tausend anderen das Grab.

In der Natur ist nicht zu finden Heil:

das Weib ist hässlich, bloß der Mann ist geil.

Vorstellung Logik nur, und nicht Realität;

ich sag es vierfach: es gibt nur Kausalität.

Philosophasterei und Hegelei

erlösen nicht vom schweren Lebensblei,

doch auch der Freitod ist der falsche Weg.

Erkenne und vernein das Ding an sich:

es ist der Wille. Bloß Erscheinung "Ich".

Lass dieses los und gib das Wollen auf.

Хуй

 

 

 

Жил монах с собой и Богом,
Живи он лет до ста,
Людям помогал во многом,
Воспевал Христа.

Держал язык он за зубами,
Мощный хуй в трусах.
Алконавтов от мороза
Он спасал в кустах.

И однажды пьяный школьник
В куст-сугроб упал:
Не нашли. Его-то больно
Никто и не искал.

Парень понял лишь в больнице,
Что отморозил хуй.
Теперь на водку поздно злиться,
Как ты не психуй.

Мать рыдает: ну, калека!
Батька: ну, урод!
Впереди ещё полвека,
А хуй он поебёт.

Мальчик молодой, спортивный,
Нету двадцати,
А десять лет с одной подругой,
С ней в загс хотел идти.

А теперь хоть сам в монахи,
Помоги, Христос.
Врач, однако же, с улыбкой,
Весточку принёс:

"Пресвятейший дядя Федя
Тебе дарует хуй.
По органике подходит,
Так-что не горюй!"

Операция удачно
К Рождеству прошла.
Да и хуй теперь побольше,
Такие вот дела.

Фёдор же до ста не дожил,
Только пятьдесят.
Без хуя, но с Богом прожил:
Пусть, мол, не пиздят.

Стихия Мысли

 

 

 

Один запрет я в жизни знаю:
Нельзя философом не быть.
Богами данным дар считаю,
Стихию мысли полюбить.

Как Время, оскопив, Что вечно,
дало рождение Любви,
так будь и смерть моя беспечна,
а Философия живи!